Ваша корзина пуста

Опера, оперетта. Балет и танцевальное искусство



Балет в меняющемся мире

Балет в меняющемся мире
Автор: Алексидзе Г.
Издательство: Композитор
Город, год издания: Санкт-Петербург, 2008
ISBN: 978-5-7379-0354-1
Формат: 60*90/16 145х215
Переплёт: Твёрдая обложка
Страниц: 168
Тираж: 1000

В книге, литературная запись которой сделана Л.И.Абызовой, рассказано о проблемах теории, истории, практики и педагогики балетного театра.


Цена: нет в наличии руб.   


Борис Илларионов

Из предисловия к книге Г.Алексидзе "Балет в меняющемся мире"

Последний хореограф с улицы Росси

С Георгием Дмитриевичем Алексидзе я познакомился на улице Зодчего Росси, в Академии Русского балета. Многократно виделись мы и на самой улице. И каждый раз случайное, как правило, свидание оставляло чувство, что нет ничего более приятного и естественного, чем встретить в этих величественных декорациях Георгия Дмитриевича. Последние несколько лет хореограф постоянно живет и работает на улице Росси. Для него это годы зрелого мастерства, годы тяжелых испытаний и годы самых светлых надежд. Как когда-то проходивший по Росси с неизменной авоськой Федор Лопухов был символом преемственности чего-то незыблемого в русском балете, так и сегодня идущий здесь с палочкой Алексидзе символизирует профессиональную честность и балет, понимаемый как исключительно творческий процесс. Алексидзе родился не петербуржцем. Он им стал, причем, если следовать за внешней цепью событий, произошло это случайно. Воспитание в славившейся на всю Грузию театральной семье, первые профессиональные шаги в Тбилиси, учеба в Московском хореографическом училище у Асафа Мессерера, попытка поступления на балетмейстерский факультет ГИТИСа …и вдруг полученное известие, что в Ленинграде Лопухов делает первый набор на балетмейстерское отделение консерватории. Сегодня абсурдно даже подумать, что Алексидзе ставил бы балетные драмы с соблюдением всех принципов реалистического театра, а в компоновке движений руководствовался бы принципом «психологической окраски» па согласно гитисовской «методике Захарова». Встреча с «формалистом» Лопуховым, давшим грамотный импульс «инструментальному» таланту юного хореографа, нынче кажется единственно возможной. Первые постановки Алексидзе и большинство его последующих работ подчеркнуто бессюжетны, названиями повторяют титулы музыкальных партитур. Столь бескомпромиссный и рафинированный симфонизм появлялся на отечественной сцене впервые. Да, права симфонического танца уже утвердили Григорович и Бельский, но то был симфонизм, поставленный на службу раскрытию сюжетов и конкретных идей. Алексидзе оказался ближе другому петербургскому грузину и тезке – Джорджу Баланчину (Георгию Баланчивадзе), чьи заокеанские танцсимфонии уже успели взбудоражить советское соцреалистическое художественное сознание. Во многом интуитивно идя по стопам старшего коллеги, Алексидзе смог найти оригинальные подходы к перевоплощению музыки в танец. Как неоднократно отмечали, стилистика Алексидзе сродни камерному музицированию. Хореограф слышит, преподносит, будто рассматривает с разных ракурсов каждую нотку, каждое созвучие, любой прихотливый поворот композиторской мысли. Хореография Алексидзе изобилует мелкими деталями, искрится мерцающими бликами, танцевальная ткань, как правило, дробная, стаккатная, постановщик стремится вложить в каждый музыкальный и танцевальный такт всю полноту жизни и вместе с ней глубину собственного миросозерцания. Камерно-музыкальные изыскания Алексидзе сполна реализовались в серии Вечеров камерного балета и камерной музыки, сочиненных в соавторстве с духовым квинтетом Виталия Буяновского и показанных на обеих эстрадах Ленинградской филармонии. В «Вечерах» и других работах Алексидзе рубежа 60-70-х годов участвовали все лучшие танцовщики того времени. Их, равно как и многочисленных молодых коллег, некто не принуждал; все постановки были внеплановыми, репетиции и выступления проходили в свободное от основной работы время, гонорар, если и выплачивался, то очень скромный. Но зачем-то им это было нужно. Зачем – понимаешь, если попытаться представить биографию Осипенко и Макаровой – без «Сиринкса», Колпаковой и Долгушина – без баховской «Сарабанды», Комлевой – без «Клавесина» из «Вирджинальных танцев», Соловьева и Федичевой – без «Орестеи», Барышникова – без «Безделушек». Представить невозможно – в палитре мастерства великих отсутствовали бы очень важные краски. Середина 70-х разлучила Алексидзе с Ленинградом–Петербургом. Многолетняя работа в Тбилиси, постановки в разных городах Советского Союза, сотрудничество с Параджановым и Стуруа перемежались наездами в город на Неве. Приглашал Аскольд Макаров для обновления репертуара «Хореографических миниатюр», Никита Долгушин – в только что возглавленный им коллектив Оперной студии консерватории. В начале 90-х возник интереснейший проект Балета Капеллы (принцип танцевания и музицирования восходил к Вечерам камерного балета и камерной музыки). В силу обстоятельств времени первая разноплановая, необыкновенно насыщенная трехактная программа проекта оказалась и последней. Театр Алексидзе с конца 70-х становился все более и более интеллектуальным, не теряя при этом своей хореографической сути. Сложная современная музыка, неочевидные стилистические изыски, несколько планов действия и несколько уровней смысла по-прежнему воплощались исключительно пластическими средствами. Многосложные спектакли, такие, как «Медея» Габичвадзе и «Эра Водолея» Губайдуллиной, требовали стопроцентно внимающего и думающего (притом, образованного) зрителя, способного познать и пережить глубины страсти и стихийные бездны подсознания. Возвращение в Петербург в 2000 году вернуло Алексидзе в лоно педагогики. Сразу по окончании консерватории молодой Георгий Дмитриевич был оставлен Лопуховым преподавать и за единсвенную пятилетку сумел выучить Бориса Эйфмана и Леонида Лебедева. Теперь же балетмейстерская кафедра Академии Русского балета позволила мастеру полноценно передавать опыт юным коллегам. XXI век встретил Алексидзе трагическими коллизиями. Георгий Дмитриевич сумел их пережить, сохранив жажду жизни и жажду творчества. Событием – неординарным, почти сверхъестественным – для балетной жизни Петербурга стала программа Хореографических миниатюр Алексидзе, поставленная в труппе Юрия Петухова в 2006 году. Неоднозначным оказался прием этой исповеди хореографа. Ее назвали и выражением философии страха, и сублимацией ужасов пережитого автором. Смею не согласиться. Новейшие миниатюры Алексидзе – жизнеутверждающие и утверждающие творчество как единственный способ существования художника. В согласии с заветами юности Алексидзе утверждает, что балет должен быть разным. Хореография может быть чисто инструментальной (как номера на музыку Адана, «Вигано» или «Ритурнель»), может разрабатывать избранный пластический и смысловой мотив (как «Феникс», «Сулико» и «Фламенко»), может представлять собой стилистические модуляции (как «Плач Армиды»), основываться на изобразительных аллюзиях (как «Петроградская мадонна»), излагать сюжет и историю персонажей (как «Ио и овод», «Орфей и Эвредика»), быть театром абсурда («Мужчина и женщина» на музыку Веберна), психологическим театром («Медитации» по Томасу Манну), может быть ироничной («Вместо танго») и безысходно трагичной («Страх»), нести черты молитвенного священнодействия («Литургия») и сюрреалистическую перекличку по-киношному крупных и общих планов («Цвет граната»). Очевидный, казалось бы, тезис о плюрализме выразительных средств в том или ином виде искусства, стал у Алексидзе метасмыслом, кредо, прокламацией, как нельзя своевременной. Испокон веку получившие власть балетные начальники навязывают как генеральную линию им самим близкие тенденции и направления творчества. В постсоветские годы ситуация, как ни странно, почти не поменялась. Если раньше знаменем были Захаров, а затем Григорович, то сейчас это односложно понимаемый опыт зарубежного балета. Миниатюры Алексидзе оригинальны, безупречны по композиции, тонко музыкальны, наполнены смыслом и смыслами, они не укладываются в прокрустовы ложа и генеральные линии. Спасибо Вам за это, Георгий Дмитриевич!


Стоимость доставки     Заказать книгу обычным письмом




книжные новинкиВместе с этой книгой обычно покупают:

Бартенева А., Маркова Г., Сухубаевский В., Буравцова Д. / Красная Шапочка. Две муз. версии по мотивам одноименной сказки Ш. Перро. Опера в стиле В. Моцарта. Мюзикл. Либретто Л. Борухзон

Красная Шапочка. Две муз. версии по мотивам одноименной сказки Ш. Перро. Опера в стиле В. Моцарта. Мюзикл. Либретто Л. Борухзон

Предлагаемые вашему вниманию две версии музыкального спектакля «Красная Шапочка» — плоды фантазии юных композиторов из петербургского театра «Вокруг рояля». Мы публикуем клавиры обоих спектаклей вместе, именно так они и исполняются в театре «Вокруг рояля».

Издательство Композитор, Санкт-Петербург, ISBN: 979-0-3522-0589-5, формат: 60*90/8 220х290 мм., Мягкий переплёт, 92 стр.,


Подробнее

Цена: 380 руб.   

Алексидзе Г. / Балет в меняющемся мире

Балет в меняющемся мире

В книге, литературная запись которой сделана Л.И.Абызовой, рассказано о проблемах теории, истории, практики и педагогики балетного театра.

Издательство Композитор, Санкт-Петербург, 2008, ISBN: 978-5-7379-0354-1, формат: 60*90/16 145х215 мм., Твёрдая обложка, 168 стр., тираж: 1000 экз.


Подробнее

Цена: нет в наличии руб.   

Жукова Л. / Сюита на темы песен В. П. Соловьева-Седого. Для детского хора и фортепиано

Сюита на темы песен В. П. Соловьева-Седого. Для детского хора и фортепиано

 «Сюита на темы песен В. П. Соловьева-Седого» обогатит репертуар любого хорового коллектива.

Издательство Композитор, Санкт-Петербург, 2007, формат: 60*90/8 220х290 мм., Мягкий переплёт, 20 стр., тираж: 300 экз.


Подробнее

Цена: 180 руб.   

опера и опереттаЭто интересно:

Суламифь Мессерер. Мне хочется жить!..

Суламифь Мессерер. Мне хочется жить!..

Как-то моя старшая сестра Эля спросила маму, кого из детей она больше всего любит. Мама ответила: "У меня десять пальцев на руках, какой ни порежешь — одинаково больно!" В нашей семье было десять детей. Правда, двое: Пнина и Моисей умерли еще в отрочестве. О Пнине родители часто вспоминали, ставя ее мне в пример.

Подробнее


Елена Образцова. Воспоминания о детстве

Елена Образцова. Воспоминания о детстве

Воспоминания детства для Лены навсегда связаны с войной и блокадой. С первого дня отец ушел на фронт, семья до конца зимы 1942 года оставалась в осажденном Ленинграде. Весной 1942 года Лена с матерью и бабушкой были эвакуированы по Ладожскому озеру в городок Устюжну Вологодской области, где они жили до лета 1945 года.

Подробнее


Николай Слонимский. Новая жизнь

Николай Слонимский. Новая жизнь

Не будет преувеличением сказать, что всю свою жизнь Николай Слонимский плыл против течения: будучи незаменимым ассистентом Кусевицкого, он с ним поссорился; он дирижировал авангардной музыкой, когда мало кто в Америке был готов ее слушать...

Подробнее


О микромотивной работе музыканта-исполнителя

О микромотивной работе музыканта-исполнителя

На самом деле нужно с первых шагов учить играть не legato и staccato, не ручки плавно поднимать, а учить играть Баха, Бетховена, Чайковского, Шопена. Кто-то дойдет до Искусства фуги, кто-то будет играть пьесы из «Нотной тетради Анны Магдалены», но пусть это будет Иоганн Себастьян Бах. Мы говорим: ученику будет трудно, он этого не поймет, не услышит, не сыграет.

Подробнее


мп-3 скачать бесплатноСлушать музыку:

Карл Орф — Кармина Бурана

Карл Орф — Кармина Бурана

Карл Орф, "Carmina Burana"... Загадочное произведение, единственное в своём роде. Редко исполняемое в концертах (по причине масштабности и нетривиальности - не всякий коллектив потянет), но известное практически каждому, хотя бы по гомеопатическим вкраплениям в один из альбомов "The Doors", коротким цитатам в "Энигме" и многочисленным использованиям в кинофильмах и рекламных роликах.

Подробнее


Петр Ильич Чайковский — Симфония №6

Петр Ильич Чайковский — Симфония №6

Симфония № 6 си минор, соч. 74 «Патетическая» — последняя симфония Петра Ильича Чайковского, которую он писал с февраля по конец августа 1893 года. Название ей дал брат композитора — Модест, но сам композитор вначале работы на симфонией хотел дать ей программное название "Жизнь". Премьера состоялась 16 октября (29 октября) 1893 г. в Петербурге, за 9 дней до смерти композитора.

Подробнее


Антонио Вивальди — Времена года

Антонио Вивальди — Времена года

Цикл «Времена года» — один из ранних образцов программной оркестровой музыки. Это цикл из четырёх скрипичных концертов Вивальди, одно из знаменитейших его произведений, также одно из известнейших музыкальных произведений в стиле барокко. Каждый концерт посвящён одному времени года и состоит из трёх частей, соответствующих каждому месяцу.

Подробнее


Выберите один из вариантов:

Проголосуйте с помощью одного из аккаунтов в социальных сетях.

×
Выберите один из вариантов:

Проголосуйте с помощью одного из аккаунтов в социальных сетях.

×