Театр и кино



Догвилль. Мораль в Excel

Догвилль. Мораль в Excel

Разговаривать про "Догвилль" перед выходом на экран значило не говорить о нем ничего. Там смысл поступательный с начала до конца, и весь кайф — чтобы каждый постиг его самостоятельно. Теперь, когда "Догвилль" сходит с экрана, сюжет как бы больше не тайна, и можно перекинуться словом с уже постигнувшими, тем более что наслушаться про фон Триера пришлось за этот месяц всякого-разного, в первую очередь про героиню Кидман.

То ли она засланный ангелок и делает все правильно, но тогда "Догвилль" не для людей, поскольку мы не ангелы. То ли она — искусительница, дьяволица, и тогда Триер — провокатор, а в конечном счете фашист. Самые изощренные сразу отрицают в Кидман актрису, чтобы податься в любую эстетическую плоскость, только бы не проболтаться, "кто виноват" и "что делать" с Догвиллем. Между тем, сам Триер предупредил, что Кидман в фильме "отнюдь не героиня. Она обыкновенный человек — с благими намерениями, но все-таки обыкновенный человек". Действительно, всю дорогу она ничего не врала: "Было у меня на свете одно близкое существо — папа, но и того отобрали гангстеры". Всем своим поведением отстояла высокие отношения. Но вот сомнительный финал, и как он получился? Кто помнит — пока не взошла луна, Кидман еще надеялась, что в каждом можно найти хорошее, и все догвилльцы добрые, только слабые. А когда холодный лунный свет показал вещи однозначно, без двусмысленных оттенков, вдруг с бухты-барахты решилась "всех утопить". Фактически поддалась настроению, значит, точно не ангел. Кроме того, массовые убийства, да еще чужими руками, не оправданы ничем и никогда, это не обсуждается, и вообще это не решение, как бы ни было справедливо в конце концов собственноручно приставить пистолет к затылку Тома. С другой стороны, считать искусительницей-дьяволицей невольную жертву, до последнего не бунтовавшую против своих вполне сознательных мучителей — чистая демагогия. То есть дело принципиально не в ней, не в жертве, о чем и толкует Триер.

о фильме догвилльРасстрел, как и все кино — не реальный, а мысленный. Никто ни в кого не стрелял, так же как и собаки не было. Расстрел кажется мыслью о неотвратимом возмездии лишь потому, что им кончается кино. На самом деле кино просто нашло идеальную форму для другой вещи, для различения подлости. Этим вопросом две тысячи лет занималась литературная классика, еще Иван с Алешей Карамазовы спорили из-за слезы ребенка. Между прочим, ангел Алеша тогда тоже завопил: "Убить гада, убить гада". Две тысячи лет софоклы и шекспиры, гете и шиллеры, толстые и достоевские достигали могучих прорывов в классификации подлости, только для них это было побочным эффектом. У них еще были реально сильные личности, всякие-разные антигоны да николаи ставрогины со своими проблемами, до чистой ли подлости тут? У фон Триера все иначе в нынешнем состоянии полного имморализма с нравственным релятивизмом. То есть либо "у каждого своя правда", либо "а мне все по фигу". Вот он и занялся этими вроде неопровержимыми нынче истинами, и посмотрел на просвет, и вдруг вышло все наоборот. Как бы кто бы из публики ни отнесся к происходящему в "Догвилле", одно ни у кого не вызывает сомнений: подлость видно, и очень хорошо. Настолько хорошо, что все кино можно смотреть как ее каталог.

Например:

— если кто-то всю жизнь проигрывает в шашки, но продолжает играть, рано или поздно он изобретет газовую камеру,
— если кто-то бил в колокол во спасение человека, поскольку так велели, он забьет в него, когда велят, пусть теперь колоколом служит голова того человека,
— если кто-то первым ударил тебя ради своих детей, значит, он ненавидит своих детей,
— если кто-то держался за ручку двери, за которой тебя насиловали, но так и не вошел, потом именно он донесет на тебя убийцам,
— если кто-то взял деньги вперед, он никогда не сдержит обещание.

Догвиль читатьИ так далее — на протяжении трех часов классификация подлости добирается до самых тонких нюансов, сопоставимых однако по степени всеобщности с христианскими заповедями. Подлость видно, поскольку после двух тысяч лет христианской культуры "Догвилль" в целом достиг наконец таблично-графической формы изображения. На то, что фильм — именно график, классификация, указывают не только "черный бархат" фона, чисто литературный, "сказительский", "стандартный" закадровый текст или деление на не менее литературные "главы". Не только обилие звезд мирового класса, когда личная выразительность Лорен Бэколл и Бена Газзары, и т.д. лишь подчеркивает предсказуемость — полную предсказуемость персонажей, их присутствие в "Догвилле" в качестве штрих-пунктира, а вовсе не людей. Но по сути весь сюжет — тоже таблица, чистый стандарт трагического жанра. Когда-то Медею, еще и насильно вывезенную Язоном из Колхиды, тоже довели до того, что она убила своих детей (по некоторым данным, кстати, не убивала, а была оклеветана, чтобы иметь повод ее казнить). Недавний английский фильм "Трагедия мстителя" не поместился в табличную форму лишь потому, что тот же самый сюжет доведения человека до крайности взял из трагедии Уэбстера, написанной в XVII столетии. В XVII столетии кружавчиков было больше, чем в 1930 году.

Такими же "кружавчиками" мюзикла отличалась у самого фон Триера недавняя "Танцующая в темноте". Суть "Догвилля" рядом с ней много яснее. Проблема не в казни невинных и не в расстреле виновных, проблема не в самой ответственности за базар, но только лишь в признании разницы между базаром и его отсутствием. Пусть "невиноватых нет", есть у каждого без исключения представление о невинности. Разумеется, у большинства берется оно из элементарного представления о собственной невинности, за чем следует постоянная подмена жизни самооправданием, причем любой ценой, в том числе ценой жизни других, да хоть всех, чего мелочиться. Но неважно в конце концов, как сложилось представление о разнице, важно фон Триеру — что оно общее, общечеловеческое на уровне простого графика в кино и условного инстинкта в тебе. Оно и позволяет затем судить, что есть подлость, не только со своей печки, но объективно и точно в каждом конкретном случае. Именно эту разницу "Догвилль" сделал реальным фактом, почти музыкой — ровно настолько, насколько к фильму неравнодушна публика. На большее не претендует.

Фильм неслучайно относится к 1930 году, воплощая практически один миг жизни. Время там чисто психологическое, то есть на самом деле оно вовсе не течет. В жизни, в которой оно постоянно течет неизвестно куда, при большом скоплении народа подлость гораздо подвижней и незаметней невооруженным глазом. По-настоящему распространенная и ныне действующая, подлость неуловима, как блошки в кошке — все две тысячи лет тоже без дела не сидела. Выразить в табличной форме такую неуловимость Триеру жизни не хватит.

К. Тарханов

 

Догвилль: музыка

 

музыка фильма логвилльДогвилль — первый фильм в кинотрилогии Ларса Фон Триера «США — страна возможностей» («USA — Land of Opportunities») .

1930-е годы. Спасаясь от гангстеров, юная Грэйс оказывается в городке Догвилль где-то в Скалистых горах. Местные жители нехотя соглашаются приютить беглянку, если она будет работать на них, но затем их запросы становятся непомерными, а страх разоблачения превращает обывателей в жестоких подонков. Постепенно Грэйс становится рабыней тихих обитателей Догвилля, убеждаясь, что в этом городе у доброты есть оборотная сторона. Однако никто не знает, как опасна может быть Грэйс. Вскоре Догвилль пожалеет, что посмел обнажить свои клыки...

Пронзительная психологическая драма непревзойденного мастера парадоксального кино Ларса Фон Триера, удостоенная номинации на "Золотую пальмовую ветвь" в Каннах-2003, рисует безжалостную картину простого человеческого зла, ставшего неотъемлемой частью современной жизни.

Триер величайший популяризатор классической музыки. В его фильмах звучит музыка Вивальди, Генделя, Баха. И она кажется очень современно, очень подходящей к его фильмам, и от этого очень близкой.



Скачать саундтрек к фильму "Догвилль" бесплатно →

 

 


статьи о музыкеЭто интересно:

Русский кинематограф дореволюционного периода

Русский кинематограф дореволюционного периода

Первые демонстрации кинематографа в России состоялись в 1896 г.: вначале в Москве и Петербурге, затем на Всероссийской ярмарке в Н. Новгороде. В 1896 г. произведены также первые любительские киносъёмки (В. Сашин, А. Федецкий, С. Макаров и др.). Кинематограф получал распространение чрезвычайно быстро, зрителей поражала "живая фотография".

Подробнее


Всеволод Мейерхольд. История жизни

Всеволод Мейерхольд. История жизни

Мейерхольд оказался среди тех деятелей русского искусства, которые намеренно закрывали глаза и затыкали уши, с бурным восторгом принимая кровожадную жестокость большевистского террора. Его, как и их, не смущало, что вчерашних друзей расстреливали по ложным обвинениям и без оных, не огорчали разруха и голод, одичание страны.

Подробнее


мп-3 скачать бесплатноСлушать музыку:

World Siberian Greatest Jazz Ensemble 2002 Концерт в Доме Ученых

World Siberian Greatest Jazz Ensemble 2002 Концерт в Доме Ученых

Мировой Сибирский Замечательный Джаз Ансамбль — джазовый ансамбль, в составе которого музыканты из Омска, Ангарска, Иркутска, Нижневартовска и Новосибирска. Представленный альбом является неким итогом совместиной работы наиболее ярких джазовых музыкантов Западной Сибири в начале XXI века.

Подробнее


The Rolling Stones 1972 Exile On Main St.

The Rolling Stones 1972 Exile On Main St.

7 место в рейтинге лучшие альбомы мира. Работа над альбомом проходила на юге Франции в подвале арендованной виллы. Вилла превратилась в нечто среднее между постоялым двором, коммуной хиппи и наркопритоном царившая там атмосфера тотальной анархии и разгильдяйства замечательно отпечаталась на виниле итогового двойного альбома.

Подробнее


книжные новинкиХорошие книги:

Джоплин С. / Кленовый лист. Скотт Джоплин. Регтаймы. + CD Нотное издание

Кленовый лист. Скотт Джоплин. Регтаймы. + CD Нотное издание

Настоящую популярность жанру регтайм принес «Кленовый лист» негритянского композитора Скотта Джоплина, перу которого принадлежит около шестисот регтаймов. Кроме этого сочинения, в сборнике представлены и другие известные регтаймы Джоплина.

Издательство Планета Музыки, Санкт-Петербург, 2007, ISBN: 978-5-8114-0145-1, формат: 60*90/8 220х290 мм., Мягкий переплёт, 48 стр., тираж: 1000 экз.


Подробнее

Цена: 460 руб.   

Капор М. / Хроника потерянного города. Сараевская трилогия

Хроника потерянного города. Сараевская трилогия

Впервые на русском языке три романа "сараевской серии" признанного классика сербской литературы Момо Капоры, писателя, чье имя стоит в одном ряду с именами Б. Чосича и М. Павича... Они были написаны за время военных действия в Боснии, Герцеговине и Краине, где автор был военным корреспондентом, и состоят из причудливым образом переплетеных войны и мира, юмора и слез, любви и ненависти...

Издательство Скифия, Санкт-Петербург, 2008, ISBN: 978-5-903463-14-5, серия: славянская кАРТа, формат: 60*90/16 145х215 мм., Твёрдая обложка, 368 стр., тираж: 2000 экз.


Подробнее

Цена: 210 руб.   

Выберите один из вариантов:

Проголосуйте с помощью одного из аккаунтов в социальных сетях.

×
Выберите один из вариантов:

Проголосуйте с помощью одного из аккаунтов в социальных сетях.

×